В России горят леса. Лето, зелёная трава и листва, а они горят. От якутских пожаров дымом заволокло половину северного полушария: пылают населённые пункты, гибнут люди, животные. Что происходит? Как государство борется с лесными пожарами? Есть ли у России опыт, ресурсы и желание бороться с лесными пожарами?

Системные нарушения?

В Якутии с лесными пожарами полный «швах». Леса там горели и в прошлом году, но в этом – настоящая катастрофа: в дыму и пепле уже не только Якутия, а уже половина Северного полушария. Роспотребнадзор заявил, что предельно допустимая концентрация химических веществ в воздухе Якутска превышает норму почти в 20 раз. А в это время Россия активно помогала турецким властям в борьбе с лесными пожарами. В их тушении участвовали сразу три российских самолета-амфибии Бе-200.
Федеральная власть России обвиняет Правительство Якутии в сокрытии масштабов пожаров (площадь достигла почти 7 млн. кв. км!), а региональные власти кивают на Москву и говорят о недофинансировании противопожарных мероприятий.
В 2019—2020 годах государство на оснащение регионов лесопожарной техникой в рамках федерального проекта «Сохранение лесов» направило 9,6 млрд. рублей. Однако с 2015 по 2019 год площадь пожаров в России выросла почти в четыре раза, а ущерб от них за пять лет достиг 56 млрд. рублей.
Может быть, дело не только в деньгах, а в системных нарушениях ведения лесного хозяйства, где защита лесов от огня – только часть проблемы?

Опыт

Судьба леса в современной России трагична. Ломка эпох, произошедшая в России в 90-х годах прошлого столетия, произвела, прежде всего, слом в законодательстве, закрепив в нём капиталистические отношения: приоритет частной собственности над государственной, доминирование рынка над государственным регулированием.
Лесное законодательство тоже было практически полностью переделано. Отличный опыт советских лесхозов был скомкан и выброшен в корзину истории. А зря. Лесхозы вели весь комплекс лесохозяйственных работ в лесах СССР: заготовка семян деревьев и кустарников, выращивание саженцев разнообразных пород деревьев в лесных питомниках, посадка новых насаждений, разного рода рубки леса (санитарные, ухода, главные и прочие), защита леса от пожаров и лесных вредителей, велась лесная мелиорация, создавались защитные лесные полосы в степи и лесостепи, а так же многое другое.
Стоит отметить, что низкая доля финансирования лесхозов была и в советское время. Лесники с горечью припоминали «первого лесовода Руси» Петра 1, который заложил основу недофинансирования лесной отрасли в царские времена: положить оклады лесникам малые, так как всё равно своруют. Логика странная, но подобный подход к занижению зарплат в лесной отрасли оставался и в СССР. Однако речь даже не об этом, а о достоинствах лесного хозяйства СССР, о комплексе лесохозяйственных мероприятий, способствующих сохранению и приумножению лесных запасов России. Вот именно по «сохранению и приумножению» и был нанесён законодательный удар.
В СССР лесное хозяйство (сохранение и приумножение) и лесная промышленность были разными ведомствами. Но в лесу не заготовитель, а лесничий был главным. Лес и тогда пилили много, но строго по науке. Лесные учёные проводили лесоустроительные работы, определяли где, какие породы деревьев, и сколько можно спилить, чтобы не нанести ущерб лесу. Лесоустроительные экспедиции ежегодно проводили огромный объем работ, что позволяло лесхозам вести работу на научной основе.

Защита леса от пожаров была одной из важнейших задач советских лесхозов. И здесь тоже работала лесная наука. Первым и самым важным звеном противопожарных мероприятий были лесники. В советское время в каждом лесхозе их было много, но всё равно недостаточно и в период отдельных сезонных работ даже приходилось нанимать временных рабочих. Лесники были равномерно закреплены за лесными территориями, где под руководством лесничих проводили комплекс мероприятий по лесосбережению. Создание квартальных просек, поддержка их в надлежащем состоянии позволяли лесной охране на транспорте добраться до большинства участков леса, при необходимости доставлять в нужное место пожарных для ликвидации огня или школьников, как незаменимых помощников, для посадки саженцев.
Лесники обеспечивали первичную защиту леса от пожаров, размещая информационные щиты, проводя беседы с туристами и охотниками, препятствуя проходу в лес людей в период высокой опасности лесных пожаров. Во время тушения пожаров с привлечением трудовых коллективов и добровольцев, лесники выступали не только проводниками, но и организаторами людей при тушении пожаров на своих территориях.
За время «реформ» в лесном хозяйстве лесники, как класс, были практически уничтожены.

Особое значение в системе защиты лесов от пожаров играла механизация. В СССР выпускался целый класс средних и тяжёлых тракторов с разнообразным навесным оборудованием специально для нужд лесного хозяйства – от посадочных машин до создателей минерализованных полос. Минерализованная полоса – это специальная «дорога», проложенная в лесу, у которой специальными тракторами (бульдозерами) верхний слой почвы снимался до слоя минеральных пород (глины, камней, песка и проч.) – до негорючего слоя почвы. Минполосы создавались и по определённым календарным срокам поддерживались. В СССР минполосам в качестве защиты леса от пожаров придавалось особое значение, так как они весьма эффективно защищали лес от продвижения огня. Да и лесной охране было гораздо легче отсекать огонь внутри определённого участка леса, защищённого минполосами, нежели выпустить «джина из кувшина» и тушить огонь на широком фронте.
В Якутии сообщили, что начали проводить санитарные рубки леса ради борьбы с пожарами, то есть очищать пригородные леса от сухостоя, веток, поваленных деревьев. Закономерный вопрос: а почему раньше этого не делали? Ответ простой: лесников нет, санитарные рубки никто не проводит годами, минерализованных полос вокруг населённых пунктов не делали, а если и делали, то не поддерживали в рабочем состоянии.

Безусловно, и в СССР в лесхозах не хватало техники и топлива для создания минполос, но эта работа (не в пример современной России) велась на плановой основе.
Последним рубежом оперативного тушения лесных пожаров являлись авиационная лесная охрана и десантники. До сего дня эта служба сохранена, но не в том объёме, что в СССР. Группа десантников на парашютах забрасывалась в труднодоступные районы леса, где достаточно эффективно противостояла огню. Десантники взрывным способом создавали минполосы, пускали встречный пал, отсекали огонь другими способами. В СССР лесные и государственные мужи не говорили, как сегодня, о том, что труднодоступные леса можно вообще не тушить в силу экономической нецелесообразности.
Леса в СССР горели и порой очень даже сильно (сочетание негативных природных и погодных условий), но у власти были резервы для борьбы с лесными пожарами: не только лесная охрана и пожарные, но и рабочие коллективы, а так же армия. При лесных пожарах такой величины, когда лесники не могли с ними справиться самостоятельно, в трудовых коллективах населённых пунктов, прилегающих к местам пожаров, оперативно создавались бригады, выделялась тяжёлая техника, топливо. Под руководством лесников рабочие и колхозники эффективно тушили пожары на больших площадях, защищая леса, посевы, деревни и города от огня.
В случае особых обстоятельств к тушению лесных пожаров привлекалась армия с её спецтехникой. Согласование о привлечении военных принималось в разы быстрее, чем сегодня.

В отличие от СССР, в современной России кардинально изменились принципы отношения государства к лесу: главенствует заготовка леса, но не его сохранение и приумножение. Леса отдаются в многолетнюю аренду частным лесозаготовителям, на которых и перекладывается противопожарная защита арендованных лесов. Но лесные «короли» не спешат вкладывать деньги в дорогостоящие работы по созданию минполос или содержание лесных пожарных. Они же пришли пилить лес, а вовсе не защищать его.
В лесах, которые не переданы арендаторам, тоже практически нет лесной охраны и защиты. В лесхозах принимают рабочих на летний сезон, зарплаты мизерные, новая техника разворована, запчастей нет…

Почему горят леса?

Будучи в Иркутской области, спросил местных жителей о том, почему горит тайга. Ответ поразил: «Так её ж поджигают лесозаготовители!» Сгоревший лес с тех местах, где древостой ранее не отводился в рубки (водоохранные леса, леса со специальным режимом посещения) после пожара отдавался под спил, а китайцы радостно покупали обгоревшие брёвна: низкая цена, большие объёмы…
Даже и «к бабке ходить не нужно», леса поджигают люди. Даже в труднодоступных местах вероятность того, что лесная подстилка загорится от стекла разбитой стеклянной бутылки, как увеличительного стекла, очень низкая. Причиной пожара может быть и молния, но такое бывает очень редко. Как правило, молнии бьют в высокие деревья, буквально в щепки разметая его, но при этом древесина не горит. Происходит взрыв, но не поджог дерева.
Городские туристы практически не оставляют после себя горящие костры. Охотники тоже. Но леса горят и есть их поджигатели: от ещё неразумных детей, до глупых (алчных) взрослых. Кто-то палами обжигает траву на своих покосах, а кто-то делает поджоги умышленно…
В СМИ были версии и о том, что якобы кто-то видел, как с неба исходил луч, который двигался по полю (лесу) и возникал пожар (инопланетная версия). Кто-то считает, что есть некие поджигатели, которые, как недобитые «кулаки» времён раннего СССР, поджигают лес, чтобы подорвать экономическое могущество Родины (версия о диверсантах).
Не уверен, может быть, и есть такие. Нельзя исключать и элементов применения, так называемого, климатического оружия.
А почему бы и нет? Иначе чем можно объяснить длительную аномальную жару в отдельных регионах России: Якутии или в Приморском крае?
А ещё лесные пожары хорошо скрывают деятельность «чёрных лесорубов». Однако, на мой взгляд, самый большой ущерб российским лесам нанесло само государство, фактически разрушив систему лесного хозяйства страны. Если нет системной защиты леса, то он обречён на уничтожение – хоть от пожаров, хоть от лесорубов.
Сегодня в России нет министерства лесного хозяйства. Эти функции возложены на Федеральное агентство лесного хозяйства (http://rosleshoz.gov.ru/). Задачи, вроде бы, те же, а вот полномочия другие.
Лесными пожарами не занимаются на федеральном уровне – таких специальных организаций нет, это проблемы региональных властей. То есть, нет единой политики профилактики и тушения лесных пожаров. Не странно ли это?
Многое изменилось и в кадровой политике. Как-то познакомился с руководителем одного из приморских лесничеств, обрадовался, думал, что вместе вспомним наших вузовских преподавателей лесфака.
А оказалось, что в кресле руководителя сидит вовсе не инженер лесного хозяйства, а менеджер…
Приехали…

                                             Геополитика

Лесные пожары России с их современным масштабом можно с полной уверенностью считать геополитической проблемой. Изменение климата привело к более высоким температурам и к засухам. Если раньше считалось, что появление зелёной листвы и травы надёжно защитит лес от пожара, то сегодня это уже не так: леса горят и летом, а бесснежные зимы способствуют зимним пожарам.
В результате частых пожаров уменьшается площадь лесов, меняется в них породный состав: от ценных к второстепенным. Изменение соотношения видового состава лесов по всей России – это тоже геополитика: следующие поколения не получат ценную деловую древесину и не смогут использовать её в экономике.
Плановая посадка (или лесовосстановление) саженцев ценных хвойных пород практически полностью прекращена, уничтожены уникальные лесные питомники, разошлись кто куда специалисты.
В то же время у наших соседей (КНДР и Китай) совершенно иная картина: современные лесные питомники, дающие миллионы саженцев кедра, и посадки лесов на огромных площадях.

Если у государства нет стратегии ведения лесного хозяйства в долгосрочной перспективе, а леса отданы «коммерсам», то тайга будет гореть. Это закономерно.
А политологи делают выводы о том, что лесные пожары могут быть частью единой стратегии по экономическому ослаблению России в длительной перспективе. Тогда кто проводит такую политику и кому это выгодно?
Важно понимание, что лес — это национальное достояние. Беречь его завещали все поколения наших предков. Есть леса – есть и Россия.

Есть ли у России ресурсы для эффективного противодействия лесным пожарам? Конечно же, есть. Стоит напомнить, что в России многие годы профицитный бюджет. То есть, доходы превышают над расходами. Где излишки доходов? А их все последние десятилетия «закачивали» в «копилку» — Фонд национального благосостояния (Резервный фонд), скупая валюту зарубежных государств, преимущественно доллары и евро, таким образом поддерживая экономику других стран.

А тем временем леса горят с каждым годом всё больше и больше…

Владимир Хмелев