Как известно, глава РФ В.В. Путин 11 мая в своем телеобращении к гражданам России заявил о том, что период нерабочих дней, введенный из-за коронавируса, в целом завершен. Президент также озвучил ряд мер, направленных на финансовую поддержку части граждан: семьям, имеющих детей от 3-х до 16 лет, безработным, самозанятым, а также малому и среднему бизнесу.

Всё это, конечно, можно приветствовать, так как на какое-то время люди, попавшие в затруднительное финансовое положение, облегчат свою жизнь. Но, исходя из стратегии дальнейшего экономического развития страны, эти меры, к сожалению, имеют лишь косметический эффект. Почему? Об этом и пойдет речь дальше.

Как ни крути и не мудри, но российская экономика получила двойной зубодробительный удар: из-за «пандемии» коронавируса и падения цен на нефть. Предполагается, что РФ может столкнуться с самым резким экономическим спадом за все два десятилетия правления президента Путина. Но он, судя по всему, не горит желанием тратить огромные суммы на программы поддержки граждан и экономики, как это было сделано в странах Запада, имеющих суверенную экономическую систему. Даже при всём желании Владимира Владимировича, сделать это не позволяют правила так называемого Вашингтонского консенсуса, следовать которому Россия обязалась с начала 90-х гг., когда, засучив рукава и показав огромный кулак «совкам», Кремль начал бурное строительство «рыночной» экономики, то есть капитализма периферийного образца.
Напомним уважаемым читателям, что Вашингтонский консенсус – это модель экономической политики, рекомендованной США, и подотчетным им Международным Валютным Фондом (МВФ) для развивающихся стран, которые испытывают экономический кризис, но без учета особенностей и специфики функционирования народного хозяйства каждого конкретного государства. В этой модели всё экономическое развитие зиждется исключительно на приватизации, усилении в производстве и распределении товаров и услуг «невидимой руки рынка», а также существенном снижении роли государства в управлении экономикой.

Одним из важнейших правил этой модели является свободный обмен национальной валюты. В России первые значимые последствия увлечения вашингтонским консенсусом дали о себе знать уже в 1998 году, когда произошёл знаменитый дефолт (отказ платить по долгам). Страна оказалась заложницей так называемого валютного управления – ещё одного «гениального изобретения» МВФ, который настоятельно советовал развивающимся странам не создавать своих национальных финансовых систем, а ориентироваться на необходимость покупки иностранной валюты и, в первую очередь, – американского доллара. Отойти от этой порочной модели Россия могла бы, отказавшись от сырьевой ориентации экономики и превратив рубль в национальную валюту. Но, судя по «телодвижениям» Кремля, в ближайшее время ни того, ни другого не произойдет. И вот почему.
Намедни, случилось для кого-то ожидаемое, а для других непредвиденное «чудо» — Центробанк РФ снимает табу с рецептов 90-х годов прошлого века и запускает «печатный станок», чтобы сотнями миллиардов рублей денежной эмиссии залить дыру в федеральном бюджете, который из-за крушения цен на нефть и кризиса в экономике потерял каждый пятый заложенный в него рубль. Только вот спешить радоваться не следует, так как никто из граждан РФ, как в США, Западной Европе или Японии, не получит на руки живые деньги в качестве меры для «поддержки штанов», оживления потребительского спроса в целом, а, следовательно, и стимулирования роста экономики.
Дело в том, что отныне Центральный Банк запускает новый механизм вливаний в банковскую систему — долгосрочные РЕПО. Об этом сообщила на пресс-конференции 8 мая глава учреждения Эльвира Набиуллина (будем считать, что таким образом она поздравила россиян с Днём Победы) В рамках этой операционной системы кредитные организации смогут занимать рубли у ЦБ под залог ценных бумаг. В качестве обеспечения Центробанк будет принимать только облигации федерального займа (ОФЗ).
Новый механизм позволит печатать рубли для федерального бюджета и избежать дополнительных расходов из Фонда национального благосостояния (ФНБ). Напомним, что Закон о Центробанке запрещает ему напрямую финансировать казну рублями, скупая облигации федерального займа. Однако он может вливать деньги в банки, принимая в качестве залога госбумаги, купленные ими на аукционах и на рынке.

А теперь следует поговорить о том, как устроена кредитно-финансовая система государства под названием Российская Федерация. Начнем с простого, но архиважного вопроса: чем обеспечиваются современные деньги? Так вот, со стороны эмитента, то есть учреждения их выпускающего — ничем. Они так и называются – необеспеченные, фидуциарные или фиатные.
Деньги – понятие религиозное. Они всецело основываются на вере людей в то, что их можно обменять на что-то полезное. Сейчас деньги практически не имеют наполнения ценными металлами (серебро или золото), как это было ещё 50 лет назад и далее вглубь веков. Они наполнены исключительно верой.
Например, вера в американский доллар зиждется исключительно на экономической и военной мощи США. Так, бывший руководитель Ливии Муамар Кадаффи засомневался в ценности доллара, собираясь ввести в обращение золотой динар на территории арабского мира, и поплатился за это жизнью. Такая же участь постигла и президента США Джона Кеннеди, который вознамерился печатать деньги для государственной казны, минуя Федеральную Резервную Систему (ФРС) – частную лавочку, созданную физическими лицами в 1913 году.

Насколько же обеспечены современные мировые резервные валюты золотом? Цифры говорят следующее: если по официальному курсу обменять всё золото из хранилищ ФРС на доллары, то этот презренный металл, за который гибнут люди, покроет долларовую массу лишь на 15%. У евро ситуация получше – он обеспечен золотом на 38%. Японская иена обеспечена золотом на 0,45%. В российском же рубле золотое содержание и вовсе составляет несчастные 0,12% (все данные за 2015 г. И к настоящему моменту вряд ли что кардинально изменились).
Грубо говоря, но мягко выражаясь, золотое покрытие сегодня не имеет практически никакого значения. ЦБ РФ нарастил золотой запас более чем вдвое в период с 2014-го по 2020-й гг.: с 1035 до 2271 тонн. Но разве рубль укрепился вдвое или хоть как-то? Наоборот, за этот период он обесценился в 2,5 раза.

Согласно экономической классике, объем денег на руках населения всегда должен соответствовать объему товарной массы. Если денег становится больше при неизменном количестве товаров – происходит инфляция и до тех пор, когда система не придет в равновесие. Если увеличение денежной массы происходит на фоне замедления экономики и, как следствие, сокращения товарной массы – мы имеем дело с гиперинфляцией.
Финансовая модель, которой пользуется Россия с начала 90-х гг. 20 века называется «currency board», что можно перевести как «внешнее валютное управление». Эта денежная конструкция основана на прямом законодательном обязательстве обменивать национальную валюту на определенную иностранную валюту по фиксированному обменному курсу. При этом следует, что национальная валюта будет выпущена не абы как, а только относительно иностранной валюты и должна полностью поддерживаться зарубежными активами.

Известно, что экономика Руси носит рентный характер и ориентирована на экспорт сырья и низкопередельных полуфабрикатов (нефть, газ, уголь, лес, минеральные удобрения, металлы, зерно). Кстати, в структуре экспорта РФ высокотехнологичная продукция нынче составляет жалкие 6% — так же, как и в 1913 году (вот мы и вернулись в ту Россию, которую потеряли русофобы-антисоветчики). Экспортеры вывозят сырье и ввозят в страну валюту. Центробанк выкупает у них всю валюту и эмитирует (печатает) рубли строго в объеме, который соответствует количеству выкупаемой валюты по установленному курсу. Экспортеры платят полученными рублями зарплату своим работникам и налоги в казну. Государство выдает рублями зарплату военным, полицейским, учителям, врачам, чиновникам, то есть бюджетникам. Так же оно тратит рубли на строительство: мостов, дорог, спортивных сооружений, пропаганду, науку, культуру, а также церковь (не является секретом то, что Русская православная церковь частично находится на содержании у государства). Это даёт доход людям, которые трудятся в вышеозначенных сферах деятельности.

Валюту Центробанк продаёт по установленному им курсу за рубли. Импортеры, через посредничество коммерческих банков, выкупают у ЦБ всю валюту и вывозят её за границу, приобретая товары широкого потребления и продукцию машиностроения (те же буровые установки, насосы или прокатные станы с помощью которых опять-же добывается валюта). Ведь почти всё, что мы потребляем — импорт. Отдельные физические лица, то есть российские граждане, также могут приобретать валюту в банках для туристических путешествий за рубеж, покупки там недвижимости, лечения, обучения детей.
В итоге всей этой жизнедеятельности валюта почти полностью утекает обратно за рубеж, а в ЦБ возвращаются все напечатанные им рубли (хранение некоторыми россиянами денег в матрацах, стеклянных банках и подушках в расчет не берём, ввиду ничтожности их количества). Далее цикл повторяется бесконечное количество раз: Центробанк выкупает за эти рубли валюту у экспортеров; те платят вырученными рублями зарплату и налоги; импортеры выкупают валюту и ввозят в страну товары, которые население покупает за рубли. Задача ЦБ – поддерживать стабильность национальной денежной единицы (что зачастую, вопреки ст.75 Конституции РФ, — нарушается). А достигается это достаточно просто – рублей эмитируется ровно столько, сколько необходимо для выкупа поступившей валюты. Если ЦБ будет печатать больше рублей, не обеспеченных валютой, то возникнет дефицит долларов, которых не будет хватать импортерам. Банки же, в свою очередь, будут продавать их дороже. В итоге курс рубля упадет, и цены на импорт вырастут. Вот вам и инфляция.

В период 1999—2014 гг. цены на нефть непрерывно росли и взлетели с 18 до 110 долларов за баррель (159 литров). Таким образом, российские экспортеры стали приносить значительно больше валюты. Учитывая, что объемы продаваемой нефти выросли почти вдвое, то на Центробанк буквально ливнем стал проливаться поток долларов. ЦБ стал усердно эмитировать рубли для выкупа валютой выручки у экспортеров. Однако этот девятый вал рублёвой массы не вызвал гиперинфляции, а по отношению к доллару рубль даже укрепился.
В этом нет ничего удивительного, так как вместе с рублевой массой рос и объем товарной массы, закупаемой за рубежом. Соответственно, выросли и доходы казны (экспортеры нефти отдавали в виде налогов свыше 90% прибыли). Поэтому правительство РФ стало поднимать зарплаты бюджетникам и больше тратить на олимпиады, мундиали, вооружение и прочее. Однако, заметим, что за этот же период закрылось около 35 тысяч промышленных предприятий. Зачем что-то самим производить, когда можно особо не напрягаясь гнать за рубеж сырье и иметь с этого валюту.

В указанный период росли зарплаты и в частном секторе; буйно расцвел малый и, частично, средний бизнес, породивший средний класс. Импортеры покупали всё больше и больше валюты, ввозя всё больше и больше импортных товаров. В результате, рост рентных доходов трансформировался в рост потребления. Инфляция в режиме «currency board» не возникает при резком наращивании эмиссии (печатании денег), если количество напечатанных рублей строго соответствует количеству вырученных за нефть долларов. Валюта мгновенно превращается в импортные товары, удовлетворяющие возросший спрос.

И вот теперь становится понятно, почему ругаемая на все лады: и горе-либералами, и патриотами левого, правого и монархического толка — мадам Набиуллина просто помешана на сдерживании инфляции. В условиях режима внешнего валютного управления уровень инфляции является главным показателем эффективности работы Центробанка, который усиленно бдит за соотношением рублёвой массы к объему поступающей валюты. Устойчивость рубля обеспечивается вовсе не курсом к доллару, а именно соотношением рублёвой массы валютным доходам через официальный курс, который может быть как стабильным, так и плавающим. К слову, в последнее время он всё время колеблется, так как это выгодно финансовым спекулянтам, зачастую владеющим инсайдерской информацией и делающим свой гешефт на разнице курсов.

Ещё раз напомним о том, что деньги обеспечиваются товарной массой. Это – аксиома, не имеющая исключений для фиатных, то есть ничем не обеспеченных денег. Но почему тогда в РФ рубль обеспечивается исключительно запасом валюты? На самом деле валюта – это всего лишь эквивалент товара. В любой момент времени любое количество валюты из запасов ЦБ может быть обращено в соответствующее количество товаров и выброшено на потребительский рынок. Но если валюты нет, то не будет и потребительских товаров. А если не будет товаров, то падает вера в рубль и государственные финансы рушатся, а вслед за ними – само государство, утратившее авторитет.

Иной пытливый читатель вправе задать вполне закономерный вопрос: но почему же тогда экономически развитые государства обходятся без валютных запасов? Например, в самом богатом европейском государстве – Люксембурге резервные фонды (930 миллионов долларов) соответствуют запасам валюты в маленьком островном государстве Фиджи.
В нищем Таджикистане золото-валютные резервы (ЗВР) больше, чем в том же Люксембурге (1,3 миллиарда долларов). Всё дело в том, что Люксембург – это страна, представляющая собой банковский офшор. На каждого гражданина страны приходится примерно 25 миллионов долларов вкладов из-за рубежа. Представим гипотетически, например, что в случае глобального кризиса может возникнуть ситуация, когда иностранные вкладчики разом потребуют свои деньги и тогда финансовая система страны рухнет, поскольку ЗВР страны не покрывают и 0,1% всех депозитов. То есть коммерческие банки не смогут занять у ЦБ нужный объем наличности.
Но этой необходимости никогда не возникнет, потому что степень доверия к государству Люксембург и его финансовой системе очень высока. Наоборот, именно в условиях кризиса люксембургские банки становятся тихой гаванью, куда устремляются капиталы со всего мира, несмотря на низкую доходность. А когда мировая экономика растёт, то возникает спрос на деньги, который удовлетворяют банки, обеспечивая вкладчикам высокую доходность. Поэтому Люксембург и процветает за счет финансовой маржи — просто давая чужие деньги в долг.

Существует и другой тип экономики – национальное хозяйство, основанное на производстве добавленной стоимости посредством вложенного труда. Скажем, Германия или Китай – страны, производящие большой объем потребительских товаров, где основная прибыль (национальный доход) концентрируется в фондах заработной платы. Но у Германии, крупнейшей экономики Европы, объем ЗВР относительно небольшой – 198 миллиардов долларов, что в 2,5 раза меньше, чем у РФ.
Но значит ли это, что германская финансовая система менее устойчива? Нет, не угадали. Немцам просто не нужны резервы, поскольку их валюта, устойчивость их финансовой системы обеспечивается тем объемом товаров и услуг, которые экономика производит. Если их деньги (евро) обеспечиваются производимым товаром, то, например, автоконцернам абсолютно без разницы – продавать «Мерседесы», «Ауди» или «Майбахи» на внутреннем рынке или на внешнем. В любом случае он получит евро.

Далее. Главным преимуществом суверенной, то есть независимой финансовой системы над не суверенной – той, что привязана к иностранной валюте в режиме «currency board», является возможность делать деньги «из воздуха». Если экономика растёт (растёт количество товарной массы), то государство извлекает эмиссионный доход (сеньораж). То есть госбюджет формируются не только за счёт налогов, но и за счёт эмиссии денег. Именно поэтому по-настоящему независимое государство непременно должно обладать монополией на печатание денег, имея под рукой именно свой, Государственный банк. Более того, эмиссия становится эффективным инструментом экономического стимулирования.
В РФ в условиях рентно-сырьевой парадигмы функционирования экономики и внешнего валютного управления эмиссионный доход извлекается теми субъектами, что эмитируют «якорную» валюту, то есть ту, к которой привязан курс рубля. В нашем случае речь идёт о бивалютной корзине: доллар-евро. Суверенная финансовая система, в которой эмиссионный доход работает в интересах национальной экономики, возможна исключительно тогда, когда в стране доминирует производительный контур высокопередельной экономики, направляющей большой объем заработной платы в карман населению.

В России, как известно, её фактически нет — разгромили «реформаторы» — строители «цивилизованного» капитализма. Даже еда в существенной мере импортная. Поэтому РФ вынуждена тратить валюту на закупку продовольствия, лекарств, а также сырья для его производства на своей территории. Не стоит обольщаться насчет «отечественных» мяса, рыбы, молока и других вкусностей. Если лосось выращен в Мурманске, то в его стоимости 60-70% — доля импортных кормов. В банке «сгущенки» — новозеландское сухое молоко и индонезийское пальмовое масло. И так по многим продуктам.

Теперь следует разобраться в том, а что же из себя представляет знаменитая кремлевская кубышка и, якобы, палочка-выручалочка – Фонд Национального Благосостояния (ФНБ). Честные и независимые эксперты, коих микроскопически мало, считают, что никакого ФНБ в стране нет. Первые 15 лет правления Путина нефтяные цены росли. Соответственно росли добыча и экспорт чёрного золота. Это обеспечивало государству валютные сверхдоходы.
Этими дарами Вседержителя можно было распорядиться по-разному. Например, повысить госрасходы, включая социальные, то есть дать деньги через зарплату и пенсии населению, тем самым повысив его потребление. Можно было влить деньги в банковскую систему, чтобы банки кредитовали экономику. Однако, есть один небольшой нюанс – если банки получают национальную валюту, то они кредитуют национальную экономику, а если получают в своё распоряжение мировую валюту (доллар), то деньги тут же утекают в те страны, где в силу разных причин доходность на вложенный капитал выше.

Кроме того, можно было создать инвестиционные фонды, в которые бы направлялись сверхнормативные валютные доходы на создание производительного сектора экономики. Это могли быть государственные институты или частные. Они бы вкладывали деньги в длинные проекты с циклом окупаемости в 15-20 лет, имея соответствующий налоговый режим.
Но ничего из вышеперечисленного сделано не было.
Центробанк печатал больше рублей и выкупал больше валюты. А потом часть валюты складывал в заначку – ЗВР ЦБ РФ. Соответственно, рублевая масса переставала соответствовать товарной массе и государство, получив от нефтяников и граждан налоги, просто утилизировало излишки рублевой массы в ФНБ, дабы избежать инфляционного скачка. Утилизация денег – это их уничтожение. Деньги, будучи выведенными из обращения, просто перестают существовать. Поэтому никакого ФНБ не существует.

Но ведь есть валюта в ЗВР? Под неё и можно в любой момент эмитировать рубли без ущерба для их покупательной способности. Да, можно, но в заначке Центробанка валюты не более 60 миллиардов долларов, которые покрывают лишь четвертую часть ФНБ. Всё остальное – золото и долговые расписки иностранных банкиров, которые, чтобы обратить в товарную массу, надо для начала продать за валюту, чтобы напечатать под них рубли. И всё же масштабная эмиссия невозможна хотя бы потому, что валюта нужна не только на потребительском рынке.
Производителям продовольствия тоже надо купить на внешнем рынке сырьё, чтобы загрузить работой пищевую промышленность. А ещё валюта нужна государству для ведения войны в Сирии и Ливии, для закупки компонентов вооружений за рубежом, иначе гособоронзаказ будет сорван. Валюта нужна и корпорациям для обслуживания внешнего долга и своих мегапроектов (например, Северный поток-2).
Совокупный внешний долг РФ на 1 января 2020 года составлял 490 миллиардов долларов, объем ЗВР ЦБ на ту же дату – 556 миллиардов. Резервов валюты в распоряжении правительства ничтожно мало и в условиях снижения текущих валютных доходов оно вынуждено целенаправленно снижать покупательную способность населения последние семь лет. Иначе финансовая система не выдержит нагрузки. Вот такая получается грустная стабильность.

Таким образом, исходя из описанных выше условий, эмиссия смерти подобна. ЦБ не только не будет делать денежные вливания в экономику, дабы смягчить внезапный удар коварного вируса, а наоборот, продолжит утилизировать денежную массу, приводя её в соответствие с валютными запасами, которые рухнули из-за падения цен на нефть. Следовательно, потребление населения будет сокращаться и придется уже в который раз потуже затянуть пояса. Если ЦБ прекратит выводить денежную массу из обращения, то произойдет инфляционный скачок, который ударит по всё тому же населению.

Проблема рентной экономики России заключается в том, что население в ней является лишним. Оно, по сути, нахлебник и иждивенец. Финансовая система, настроенная под интересы выгодополучателей нефтяных и газовых труб, является не суверенной и ЦБ не может делать «социальную» эмиссию даже в случае крайней необходимости, которая сейчас возникла. Вот в такую инфернальную ловушку попала Русь, загнав в погреб принцип производительного труда в экономике, то есть сталинскую максиму: «Делаем всё сами!». А Эльвира Набиуллина всеми силами старается выполнять правила, навязанные нам победителями в «холодной войне», чтобы хоть как-то отсрочить надвигающийся дефолт.
Так что, не будем судить её строго, а будем готовиться мужественно встретить грядущие удары судьбы…

Игорь Андреев,
г. Партизанск