В Екатеринбурге 17 июля 2021 года, на фоне объявленной властью третьей волны коронавируса, прошел несогласованный с властями города крестный ход. По словам митрополита Екатеринбургского и Верхотурского Евгения (Кульберга), в мероприятии приняли участие около двух тысяч “пеших паломников”. Процессия проводилась в память о расстреле семьи отрекшегося от престола 2 марта 1917 г. императора Николая II Романова. Тогда в Свердловской области запрещены мероприятия с количеством участников более 500 человек.

Однако, полицейские не препятствовали участникам процессии совершить эту акцию. Они не лупцевали их дубинками, не тащили в автозаки, не кричали в громкоговорители о том, что акция незаконна, как это зачастую происходит с простыми смертными — гражданами РФ, которые выходят на массовые мероприятия с целью отстаивания своих попранных властью прав и свобод. Или верующие у нас обладают какими-то особыми правами? Выходит, обладают, начиная с принятия в 2013 г. закона «Об оскорблении чувств верующих». А ларчик открывается весьма просто...

Не является большим секретом то, что Русская православная церковь, начиная с конца 20 века, принимает активное участие в идеологическом обосновании существования нынешнего режима власти, являясь одной из его духовных скреп, наряду с государственным патриотизмом. В исторической традиции России до Октября 1917 г. православная вера была неразрывно связана с монархической формой правления, а РПЦ была неотъемлемой частью государственного аппарата, являясь одним из его ведомств. Однако, сразу же после отречения Николая, священники быстренько «переобулись», запретив молебны в честь царя в храмах и монастырях и одновременно благословив Временное правительство. А вот когда к власти пришли большевики, то патриарх Тихон предал анафеме Советскую власть.
Случилось сие по большей части из-за того, что церковь была отделена от государства, а школа от церкви. То есть новая власть лишила РПЦ финансирования из госбюджета, переложив эту функцию на плечи прихожан, которые с исчезновением купечества и крупной буржуазии, содержать церкви и батюшек были просто не состоянии из-за своей бедности.
Ныне для РПЦ наступили благословенные времена: строятся по три храма в сутки, отбираются принадлежащие ей при царе здания, сооружения и земельные участки, высшие иерархи вовлечены в коммерческую деятельность. Понятно, что при таком раскладе вещей кусать руку дающего является неприличным, прямо-таки небогоугодным делом. Впрочем, сегодня разговор пойдет не столько об РПЦ, сколько о паразитизме правящего в РФ класса, который ведет страну вникуда.

Как понять истоки стремления к халяве, подлости и творческой импотенции сегодняшней «элиты» России? Начнем с «Книги воспоминаний» великого князя Александра Михайловича, двоюродного дяди императора Николая II. Кстати, он ещё являлся и шурином Николая — был женат на его сестре. Вообще-то в царской России было полно титулованной знати — князей, графов и баронов, но прямые потомки российских императоров составляли царскую семью, насчитывающую несколько десятков членов. Члены этой семьи Романовых именовались князьями особого рода — Великими Князьями и все обращались к ним не просто «ваше сиятельство», как к обычному князю, а «ваше императорское высочество».
Первое, что бросается в глаза в воспоминаниях шурина царя, так это исключительная отстранённость российской элиты от народа. Причём, великие князья, являвшиеся безусловным примером всему дворянству, были отдалены не только от простолюдинов, но и вообще ото всех в России.
Можно сделать вывод о том, что высшая «элита» имела статус оккупантов в собственной стране, которого не имели (не хотели иметь) все монархии Европы. Думается, поэтому и на Россию того времени в Европе смотрели как на «азиатчину». Да и сегодня нас в этом плане не жалуют.
К примеру, будущий император Германии Вильгельм II (двоюродный брат Николая II по материнской линии) 15-ти лет отроду был отдан в рядовую гимназию, в которой он учился бок о бок с выходцами из рабочих и крестьянских семей, окончив её через три года.
Между прочим, отдавая своего сына в эту гимназию, отец исходил из того принципа, что для будущего немецкого императора ничто не может быть пагубнее искусственного отчуждения от народа. Затем принц Вильгельм в Боннском университете постигал необходимые науки для того, чтобы быть просвещенным человеком и эффективным государственным деятелем.
Или, скажем, саксонский принц Альберт Саксен-Кобург-Готский, будущий муж королевы Великобритании Виктории II, как и многие другие немецкие принцы, также грыз гранит науки в Боннском университете, а сын Виктории и этого принца, король Великобритании с 1901 по 1910 годы, Эдуард VII, получил университетское образование в Оксфорде и Кембридже. И дело даже не в качестве и объёме образования, а в том, что принцы европейских монархий обучались в обычных университетах, сидя на скамьях аудиторий плечом к плечу с обычными студентами — своими будущими подданными.
Но вот Великим князьям России это было строжайше запрещено!
Они обязаны были получать только домашнее образование. По заведенному обычаю, великие Князья не могли воспитываться вместе с детьми простых смертных.

В своих объёмных воспоминаниях Александр Михайлович не удосужился вспомнить ни единого простого человека (хотя бы простого князя), с кем бы эта особа царских кровей имела хоть какие-то, пусть и не приятельские связи, а просто связи, не имеющие отношения к службе, то есть неофициальные. Все члены семьи Романовых имели огромную личную собственность, приносящую громадные доходы. Тем не менее, каждый член «царской крови» этой многочисленной семьи, появившись на свет, сразу получал на своеобразный счёт миллион рублей, а с момента достижения совершеннолетия каждый великий князь получал по 210 тысяч рублей ежегодно просто потому, что он — Романов. Каждой из Великих княжон выдавалось при замужестве приданое в размере одного миллиона рублей.
Ну чем не оккупанты, получающие контрибуцию с замордованного и бесправного податного народа?
В те годы для пропитания каждой крестьянской семье по физиологической норме требовалось 12 пудов хлеба на едока (192 кг), а с учётом и корма скоту — 20 пудов хлеба в год. Экспортная цена пуда ржи была тогда 90 копеек. То есть только в результате этой ежегодной «контрибуции» в 210 тысяч рублей каждый великий князь полностью объедал почти 12 тысяч крестьян в стране, в которой голодали огромные регионы чуть ли не каждые 3-4 года. И если в результате неурожая крестьяне лишались хлеба, то его запасы у купцов в этом районе всегда были достаточными, чтобы люди худо-бедно питались.
Таким образом, голод случался не от недостатка хлеба, а от недостатка у крестьян денег для покупки необходимой еды. Поэтому помощь голодающим в те годы была не в виде доставки продовольствия в терпящие бедствие районы, а в виде сбора средств среди остальных подданных империи и посылки в эти районы денег. Но какой бы голод ни свирепствовал в России, а великие князья свой паёк в 210 тысяч рублей получали исправно и регулярно.
Кроме того, личная собственность молодых поколений великих князей увеличивалась за счёт наследства, получаемого от умирающего старого поколения. Так, наш писатель упоминает вскользь, что от какой-то умершей бабушки получил миллион рублей наследства. Ну и плюс синекуры – должности великих князей, дающие доход. И плюс воровство и взятки (о чём, Александр, видимо стесняясь, — не пишет).

Мы не ставим целью сравнивать ту ситуацию с днём сегодняшним, но бессмысленно огромные доходы лиц, сегодня захвативших власть в России, чем не контрибуция с «чумазых» дорогих россиян? Возьмем того же главу «Газпрома» А. Миллера: зарплата в ЧАС — 203 тысячи рублей, плюс к этому отпуск 42 дня, компенсация за лечение, компенсация за отдых в пределах РФ, премия к Дню защитника Отечества 168 тысяч, ежегодная личная премия за заслуги перед компанией 251 тысяч рублей, 75% от месячной зарплаты премия ко Дню рождения, премии к другим юбилейным датам. Да, ну чем не современный «великий князь», приближенный к «императору»?
И сколько ещё таких приближенных на Руси-матушке? Наверняка, одной сотней не обойдешься…

Но вернемся к особам императорских кровей. Великий князь Александр Михайлович гордо написал: «Я родился Великим Князем, и никакие угрозы не могли заставить меня забыть, что я обязался: «служить Его Императорскому Величеству, не щадя живота своего до последней капли крови».
Что ж, давайте перейдём к его службе. Он занимал множество должностей, начиная от мичмана до адмирала на флоте и заканчивая директором концессии, председателем комитета по восстановлению флота. Но во всех его мемуарах нет практически ничего о содержании его работы.
В чём заключался его интеллектуальный вклад в дела, которыми он занимался? Нет ничего и об особенностях и достижениях в службе, которую он, якобы, нёс. Он описывает много интересного вообще, начиная о том, как товарищи по службе помогали ему лишиться девственности в портах; как у него была постоянная любовница в Японии, но нет ни слова хотя бы о классе корабля, на котором он служил.
А вот как наш мемуарист отзывается о деятельности своего родного брата: «Мой четвертый брат — Великий Князь Сергей Михайлович радовал сердце моего отца тем, что вышел в артиллерию и в тонкости изучил артиллерийскую науку. В качестве генерал-инспектора артиллерии он сделал всё, что было в его силах для того, чтобы, в предвидении неизбежной войны с Германией, воздействовать на тяжелое на подъем русское правительство в вопросе перевооружения нашей артиллерии. Его советов никто не слушал, но впоследствии на него указывали в оппозиционных кругах Государственной Думы, как на «человека, ответственного за нашу неподготовленность».
Современный российский историк А. Широкорад поясняет о какой-такой «неподготовленности» идёт речь. По его словам, Сергей Михайлович, являясь командующим русской артиллерией, тратил огромные деньги на свою любовницу балерину Кшесинскую. Однако, спускал на свои прихоти не упомянутые выше годовые в 210 тысяч рублей и не зарплату, а «откаты», получаемые у французской фирмы Шнейдера за заказ у неё артиллерии, которая была хуже германской (скупые и честные немцы «откаты» не платили). В итоге, накануне 1-й мировой войны, русская армия оказалась плохо оснащена тяжелыми артиллерийскими орудиями, что привело к ряду тяжелейших поражений и неоправданно высоким людским потерям.
Многие факты показывают, что семейство Романовых, в начале 20 века, превратилось в примитивно-банальных мещан и ничего, кроме личных удовольствий знать не хотело и не знало. И вполне понятно, почему все слои русского общества отвернулись от института монархии в феврале 1917 года.

Теперь давайте вспомним о деяниях некоторых царствующих лиц из Европы. Упомянутый выше муж королевы Великобритании принц Альберт прожил всего 42 года, но за свою короткую жизнь сумел пересмотреть расходы королевских финансов в сторону их экономии. Провёл принципиальные образовательные реформы, введя на тот момент самые современные учебные программы, чем существенно расширил число изучаемых в школах предметов за счёт изучения естественных наук. Он инициировал строительство социального жилья для рабочих, общественных бассейнов и женских гимназий. В 1851 году Альберт организовал первую всемирную выставку величайших мировых достижений, которая имела оглушительный успех и принесла казне огромный доход. По инициативе Альберта на часть этих средств были построены несколько музеев естествознания и наук.
А что в России? Обладая огромными состояниями, русское дворянство предпочитало прожигать его под брызги шампанского с девицами легкого поведения в Париже и Монте-Карло, но ни копейки не направлять на общественное благо. В Англии никогда не было ни одного государственного университета, в России не было ни одного частного — все высшие учебные заведения содержались за счёт казны. К концу 19 века в России было всего 9 университетов на 130 миллионов населения (из них 1,5 миллиона дворян), но только Петербургский и Московский были боле-менее наполнены, имея около 4 тысяч студентов на пяти факультетах при четырехлетнем обучении, а вот Казанский имел 858 студентов, Харьковский — 1489, Новороссийский — 688.
Нет, в целом число студентов росло, но как!
Скажем, с 1880 по 1894 год их количество увеличилось с 8 193 до 13 944. Но в процентах число студентов-филологов осталось прежним — 20%, студентов юристов увеличилось с 22 до 37%, студентов-медиков уменьшилось с 46 до 37%, а студентов физико-математического факультета упало с 11 до 5%! То есть, число желающих стать юристами возросло с примерно 1 800 до 5 200 человек, а число студентов, изучающих точные науки, за 14 лет упало с примерно 900 до 700 человек. Как эта ситуация напоминает день сегодняшний!
Правда, на 1898 г. в России высшее техническое образование давали ещё учебные учреждения типа институтов с пятилетним курсом обучения: их тоже было 9 и в них училось 5 435 студентов. Кроме того, был один сельскохозяйственный, один сельскохозяйственно-лесной и один лесной институты с четырехлетним сроком обучения и с 916 студентами. Итого примерно 20 тысяч студентов на государство с 130 миллионами населения и с полутора миллионами дворян. И это при том, что церковный клир готовили 58 семинарий с 19 000 семинаристов и 186 духовных училищ с 31 215 учениками.
Да, грустно как-то получается…

В 1904 году началась война с Японией, которая имела втрое меньше населения, но у неё уже было обязательное начальное образование и 3 111 профессионально-технических школ с почти 200 тысячами учащихся. Кроме этого, 7 технологических высших школ и 2 университета с примерно 11 тысячами студентов. Японцы потеряли в войне с Россией гораздо больше солдат, чем русские, но войну выиграли. И больше всего поражало японцев, что в сдавшихся им в плен русских войсках 70% солдат были неграмотны.
В августе 1914 г. Российская империя вступила в войну с Германией, которая на начало 20 века имела на 56 миллионов жителей 22 университета с 36,5 тысячами студентов и 11 высших технологических школ с 17 тысячами студентов. Кроме этого, неизвестное автору количество немецких студентов училось в 3 высших горных, 5 высших лесных, 5 высших ветеринарных, 2 высших сельскохозяйственных школах и в 8 сельскохозяйственных институтах при университетах.
Но разве до этих проблем было дело самодержцу Российскому и его родне? У царя только Зимний дворец, в котором он после «кровавого воскресенья» фактически не жил, обслуживал персонал в 1 200 человек придворных служителей и лакеев. Да плюс в Царском селе и Гатчине, а также иных вотчинах трем тысячам дворцовых служащих нужно было платить ежемесячно жалование, давать стол, обмундирование, а вышедшим в отставку — пенсии. Гофмаршал, церемониймейстеры, егеря, скороходы, гоф- и камерфурьеры, кучеры, конюхи, метрдотели, шоферы, повара, камер-лакеи, камеристки и прочая, прочая, прочая — все они ожидали два раза в год подарков от царской семьи: на Рождество и в день тезоименитства Государя. Таким образом, ежегодно тратилось целое состояние на золотые часы с императорским вензелем из бриллиантов, золотые портсигары, брошки, кольца и другие драгоценные подарки.
До совершенствования ли образования было «бедному» страстотерпцу Николаю II?
Единственно, на что его хватало, так это на балет:
«Несмотря на своё мировое имя и неизменный успех, Императорский балет отнюдь не являлся доходным театральным предприятием, и все пять Императорских театров приносили убытки. Этот дефицит покрывался из средств министерства двора и уделов. Чтобы высоко поддерживать знамя русского искусства, Императорской семье надо было ежегодно расходовать 2 миллиона рублей. В 1905 г. к числу субсидируемых министерством двора театров прибавилась ещё и балетная труппа С. Дягилева. Его блестящие представления в Париже и Лондоне были возмещены только благодаря щедрости Государя», — свидетельствует отпрыск царских «голубых кровей».
Балет, как высшая ценность царской России, — это прекрасная характеристика всей её правящей элиты. И стоит ли удивляться тому, что во время переписи в 1913 г. населения Петербурга около 40 тысяч жителей обоего пола были зарегистрированы в качестве биржевых маклеров. Не творческий труд, а халява — вот цель и вожделение российской элиты почти во все времена, включая нынешнее.

Подводит итог своим воспоминаниям великий князь Александр Михайлович описанием одного момента в процессе своего бегства из России, когда везущий его и семью британский крейсер проходит мимо земель на крымском мысе Ай-Тодор, принадлежавший князю:
«Форсайт» увеличивал скорость, и береговые огни мало-помалу скрывались из вида. Когда я обернулся к открытому морю, то я увидел Ай-Тодорский маяк. Он был построен на земле, которую мои родители и я возделывали в течение последних сорока пяти лет. Мы выращивали на ней сады и трудились в её виноградниках… Странно было сознавать, что, мечтая 50 лет своей жизни об освобождении от стеснительных пут, которые на меня налагало звание Великого Князя, я получил, наконец, желанную свободу на английском корабле».
«Мы возделывали, мы выращивали, мы трудились». Неужели он на самом деле считает трудом владение имением, в котором работали другие? И потом, ещё эти «стеснительные путы звания Великого Князя»! Да, серьёзные оковы, «панимаешь», почти как у раба на галерах…

Игорь Андреев