11 марта 1985 г. генеральным секретарем ЦК КПСС был избран Михаил Горбачев. С этого момента Россия ступила на завершающий этап реставрации капитализма, как формы общественно-экономической формации. Если называть вещи своими именами, то итогом перестройки в СССР стала буржуазная революция (а если посмотреть на историю нашей страны в 20 веке, то можно сказать, что совершилась контрреволюция), завершившаяся в декабре 1991 г. распадом Советского Союза. Эта революция была совершена без насилия и даже без явного столкновения крупных социальных сил, она была революцией нового типа.

Поначалу большинство граждан приветствовало инициативы Горбачева по реформированию страны, так как людям хотелось чего-то нового, неизведанного, но в итоге наступило горькое разочарование, поскольку истинной целью власть имущих, рядившихся в тогу радетелей за народное счастье, была конвертация власти в собственность, путем разрушения её общенародной принадлежности, а затем удержание её в рамках нового политического строя.
Вся пропагандистская мощь государства обрушилась на советских людей, внушая им благостность грядущих перемен. При этом, прошлое всячески очернялось, а идеалы, на которых строилось текущее бытие, а также жизнь предыдущих поколений — высмеивались и оплевывались. Жесточайшей, уничижающей критике были подвергнуты буквально все институты советского общества: экономическое и государственное устройство, культура, наука, образование, армия, то его «культурное ядро». Мало того, идеологи перестройки, стоявшие у рычагов партийно-государственной власти, выступили в союзе с противниками СССР в «холодной» войне и получили от них большие интеллектуальные, культурные и технологические ресурсы (не даром же Горбачев стал лауреатом Нобелевской премии мира), что во многом определило её эффективность.

Кроме того, важным условием успеха послужило и то, что в СССР не было гражданского общества и соответствующих ему демократических механизмов. Поэтому немногочисленные противники перестройки не смогли организовать общественный диалог, сведя к минимуму процесс манипуляции сознанием масс.
Другим важнейшим условием успеха манипуляции были культурные особенности, предопределенные и типом общества, и историческим развитием России. Достаточно сказать о той непонятной для Запада доверчивости советского (читай русского человека; автор считает русскими людьми представителей всех народов России, всех конфессий, которые разделяют мораль и нравственность, а также традиционные ценности, о которых речь пойдет ниже) человека, которая вытекала из подспудной веры в святость Слова. Иными словами, перестройка сумела оторвать сознание граждан СССР от здравого смысла и житейской мудрости; заставила поверить в химеры, зачастую противоречащие очевидным фактам и элементарному знанию. Именно знанию, а не мнению или точке зрения, коих у нас сейчас пруд пруди на различных ток-шоу, пресс-конференциях и посланиях Федеральному Собранию.
Жизнеустройство Советского Союза сложилось под воздействием конкретных природных и исторических условий. Исходя из них, поколения, создавшие советский строй, определили главный критерий выбора – сокращение страданий. И на этом пути Россия, в облике СССР, а по сути её «глубинный народ» (по выражению советника президента РФ В. Суркова, о котором речь пойдет ниже), добилась признанных всем миром успехов. Были устранены главные источники массовых страданий – беспросветная бедность, безработица, бездомность, голод, преступное, политическое и межнациональное насилие, а также массовая гибель в войне с более сильным противником. Каждому члену общества была гарантирована определенная стартовая база для самореализации в жизни. Дальше уже всё зависело от усилий самого человека.

Но вместо сокращения страданий, Горбачев и его команда предложили людям увеличение наслаждений. Особенно громко, буквально с надрывом, скулила и визжала об этом так называемая «творческая интеллигенция». Как пример успешного продвижения по пути увеличения наслаждений был указан Запад, представленный светлым мифом. Активная часть населения приняла этот пример за образец, оценив собственное жизнеустройство как недостойное: «Так жить нельзя!».
Конечно же, так жить нельзя, особенно сейчас, так как российский олигархат, на пару с крупными чиновниками, страдая от санкций, стремительно теряет доходы. Да и на виллы свои зарубежные выехать не могут на выходные, поскольку визы прикрыли. Выход? А увеличим-ка мы дорогим россиянам пенсионный возраст, а заодно поднимем НДС, введем новые виды поборов, ибо вместе одну лямку тянем на поприще строительства «долгого государства Путина». Пущай впрягаются в неё все – от мала, до велика. А то, понимаешь, ишь чего удумали – нянчить внуков им на старости лет захотелось! Страдать должны все!

Итак, в эпоху перестройки воздействие на массовое сознание было столь эффективным, что образ Запада к концу 80-х годов стал поистине вожделенным. Такая массовая зависть к идеализированному образу чужого дома с самоотрицанием своего есть признак разрыва со здравым смыслом. Её внедрение в политическую практику и привело к национальной катастрофе. А ведь Артур Шопенгауэр (1788 – 1860) в своих «Афоризмах житейской мудрости» предупреждал: «Зависть в человеке естественна, и всё же она и порок, и несчастье. В ней мы должны видеть врага нашего счастья и всеми силами стараться задушить её. На этот путь нас наставляет Сенека прекрасными словами: «будем наслаждаться тем, что имеем, не вдаваясь в сравнения; никогда не будет счастлив тот, кто досадует на более счастливого»… Нужно сдерживать своё воображение во всём, что касается нашего счастья или несчастья… Обуздывая наше воображение, необходимо ещё запретить ему восстанавливать и раскрашивать когда-то пережитые несправедливости, потери, оскорбления, унижения, обиды и т.п.».
Н-да, комментировать сие рука как-то не подымается.

Для перехода к жизнеустройству, направленному на увеличение наслаждений, требовалось глубокое изменение в культуре. Поскольку стремление к наслаждениям, связанным с потреблением, не имеет предела, то с новым критерием общественного обустройства оказывались несовместимы два главных устоя русской культуры – нестяжательство и солидарность. Ведь ресурсы всегда ограничены и за них приходится бороться. Следовательно, сильные в таком обществе должны со спокойной совестью топтать ближнего своего. Поэтому с самого начала перестройки была развернута идеологическая компания по изменению антропологической модели, по внедрению в массовое сознание нового представления о человеке и его правах. Нового не только для СССР, но и для дореволюционной России, культура которой отвергла социал-дарвинизм.
И вот тут уж, на славу потрудились упомянутые выше представители, по моде говоря, креативного класса. Целый медицинский академик Николай Амосов «вещал» в эпоху гласности на страницах журнала «Вопросы философии»: «Человек есть стадное животное с развитым разумом, способным к творчеству… За коллектив и равенство стоит слабое большинство людской популяции. За личность и свободу – её сильное меньшинство. Но прогресс общества определяют сильные, эксплуатирующие слабых».
Вот так – ни больше, ни меньше.

Нет, правда, честное слово, мне так и хочется сказать огромное спасибо Владимиру Ильичу Ленину за его оценку российской интеллигенции, когда он сравнил последнюю не с мозгом нации, а с её дерьмом. Хорошо помню ту эпоху разнузданной гласности, когда московская салонная богема на страницах газет, журналов, на телевидении и радио жутко обижались на Ильича за такое оскорбительное для неё сравнение.
Таким образом, согласие на изменение общественного строя в СССР было дано не на основании рационального расчета или практического опыта. Согласие граждан было получено посредством манипуляции их сознанием, а не благодаря свободному волеизъявлению большинства людей. И наивно думать, что сейчас, в нынешнем обрубке, а может быть огрызке, СССР под названием РФ, эта манипуляция куда-то чудесным образом испарилась. Жива она, миленькая. Никуда не делась. Ну а иначе, как мог всенародно избранный получить в марте 2018 г. аж 72 % голосов избирателей, пусть даже с приписками? В благодарность за такой щедрый дар новоиспеченный на старых дрожжах президент подарил нам пенсионную «реформу». А вы говорите о том, что перевелись, затерялись в коридорах высшей власти благородные государственные мужи…

Нынче, штатные пропагандисты Кремля кусают локти и грызут ногти, а также бьют во все колокола тревогу – и без того притянутый за уши рейтинг главы государства неуклонно падает. Значит, всё-таки машина-Молох, можно сказать Левиафан, по промыванию мозгов, начала давать сбои. Люди мало по малу стали просыпаться от летаргического сна, в котором они пребывают с того момента, когда им указали дорогу в «светлое» капиталистическое будущее. Но если в эпоху СССР светлое далёко с каждым годом проявлялось всё ощутимее, то ныне оно с каждым годом неумолимо отдаляется. Нет, конечно, для 5-7 % населения РФ оно прощупывается, но в последние несколько лет и эту категорию граждан мировой финансовый капитал поприжал, дабы знали своё место на задворках, ну, или, если хотите, там, откуда неприятно попахивает.
На протяжении последних 2-х десятков лет всяческие эксперты разной степени значимости, важности и весомости, а также доктора и профессора «политических наук», исследуя жизненный путь Горбачева, пришли к выводу: Михал Сергеич в своей деятельности на посту главы Советского государства остался у разбитого корыта сам, при этом оставив с носом и народ, и страну, потому что пал жертвой обстоятельств непреодолимой силы. Но так ли это на самом деле? Ой, лукавит многомудрая творческая интеллигенция, вернее занимается словоблудием, переходящим в элементарное враньё.

Дело в том, что некоторое время назад стал известен очень даже любопытный факт. Общепризнанным идеологом перестройки считается Александр Николаевич Яковлев (1923—2005). Для справки заглянем в Википедию, чтобы понять, что это за персонаж, остановившись на некоторых этапах его жизни. В 1956 г. Яковлев, будучи на партийной работе, был направлен на учебу в Академию общественных наук при ЦК КПСС, где учился в аспирантуре на кафедре международного коммунистического и рабочего движения. С 1958 по 1959 гг. стажировался в Колумбийском университете США. На стажировке Яковлев был в одной группе с сотрудником КГБ Олегом Калугиным (впоследствии ставший генералом-предателем, выдавшим ЦРУ многих сотрудников КГБ, работавших нелегалами за границей. – авт.). Научным руководителем Яковлева был Дэвид Труэн – автор концепции политического плюрализма, один из видных антикоммунистов и политологов. Чувствуете закваску, которую получил на стажировке будущий идеолог перестройки?
После возвращения из США наш герой подвизался на ниве работы в области партийной идеологии и пропаганды. С 1973 по 1983 гг. был послом в Канаде. По возвращении на родину, с подачи Горбачева, стал директором Института мировой экономики и международных отношений (ИМЭМО). В период руководства институтом в июле 1985 г. им была направлена записка в ЦК КПСС о целесообразности создания в СССР предприятий с участием иностранного капитала, а также высказаны некоторые соображения, которые впоследствии были реализованы в ходе перестройки, например, о гласности и реформировании политической системы. Кроме того, Яковлев обосновывал положение о том, что экономика СССР находится в кризисе и необходимы срочные меры по её реформированию.

Кстати, в 1988 г., в самый разгар «деяний» Горбачева, из-за границы был выписан американец русского происхождения, Нобелевский лауреат по экономике, Василий Леонтьев, который констатировал – никакого кризиса в экономике СССР не существует. Есть некоторые огрехи, исправив которые, можно развиваться дальше. Однако, после такого диагноза ему сказали «спасибо» и быстренько выпроводили обратно. Ведь целью было не выздоровление больного, а отправка его в потусторонний мир, где он уже не сможет доставлять хлопот врачевателям в ранге шарлатанов, проходимцев и мошенников, вращающих прожектор перестройки.
И вот здесь наступает самое интересное. На указанной записке Горбачев наложил резолюцию: «Пока не время». Как же, хозяин подумал и решил – рано ещё! Наверное, генеральный секретарь вспомнил своего предшественника, страстотерпца Николая II, который во время всероссийской переписи населения в 1897 г., заполняя анкету, в графе «род занятий» начертал: «Хозяин земли русской». Только в одном моменте их развела судьба: Михаил Сергеевич пышно отметил свое 80-летие в Англии, куда Николая после Февральской революции 1917 г. его кровные родственники, правившие Британской империей, категорически не пустили. В результате чего Николай Александрович и его семья приняли мученическую (согласно официально существующий на данный момент версии) смерть на родине.
Однако, вернемся к закопёрщикам перестройки.

Вскоре Яковлев становится заведующим отделом пропаганды ЦК КПСС, а в 1986 г. он избран секретарем ЦК, курирующим вопросы идеологии, информации и культуры, то есть вошел в обойму высших руководителей Советского Союза. Именно Яковлев в период гласности, а по сути мрачной эпохи самобичевания, объявил о том, что вся тысячелетняя история государства российского была неправильной. Мол, дальше так жить не годится. Надо выходить на столбовую дорогу цивилизации и светочем на ней будет выступать, в качестве Прометея, — Запад, столь так любезный сердцу этого перевертыша, двурушника и изгоя русского народа.
Сейчас Горбачев, его прихлебатели и поклонники мямлят о том, что хотели как лучше. Нет, господа хорошие! Целью перестройки изначально являлось разрушение коммунизма в СССР, то есть в России-матушке, с последующим её расчленением. И не надо всё списывать на глупость лиц, которые тогда стояли у руля государства. Представьте себе: к «царю-батюшке» приходит с челобитной эдакий государственный муж, одержимый реформаторским зудом, и предлагает меры, которые впоследствии приведут к отделению от страны Кемской волости (правда, в фильме «Иван Васильевич меняет профессию» это предлагает иностранец, которого понять можно) и самодержец соглашается со столь грандиозным планом.
Предположение только одно – либо царь законченный идиот, либо предатель собственного народа и страны. Но вряд ли можно согласиться с тем, что у руля СССР на его излете стоял ненормальный. Вывод напрашивается сам собой.

А что же катарсис, который мы обозначили в заголовке данной статьи? Известно, что катарсис (от древнегреческого – возвышение, очищение, оздоровление) являлся понятием в античной философии для именования процесса и результата облегчающих, очищающих и облагораживающих воздействий различных факторов на человека. В древнегреческой эстетике термин «катарсис» употреблялся многозначно: в религиозном значении — очищение духа посредством душевных переживаний; в этическом смысле — возвышение человеческого разума, облагораживание его чувств; в физиологическом же аспекте – облегчение после сильного чувственного напряжения.
Не исключается, что перестройка и её последствия, которые все мы ощущаем сегодня, постепенно приводит наш народ к осознанию следующего: путь, предначертанный России, видимо, повелением Свыше и воплощенный в деяниях наших дедов и прадедов под руководством Иосифа Виссарионовича Сталина, от которого мы, благодаря помутнению разума, рассудка и чувств, отступили, — не закончился. Это для Владислава Суркова, его хозяев, соратников и сподвижников, мрачно взирающих на народ с башен и стен Кремля, наступило «долгое государство Путина» в его военно-полицейской ипостаси.

Между прочим, дословно-смысловой перевод термина «полиция» означает структуру, охраняющую, прежде всего, власть. В отличие от милиции, как организации вооруженного народа. Шутка ли, 300 тысяч вооруженных до зубов национальных гвардейцев охраняют покой новоявленных властителей Руси, которые явно тщатся быть духовными наследниками династии Романовых, для которых эксплуатация русского народа была приоритетом всей их жизни.
Для Суркова «органически сложившаяся модель политического устройства явится эффективным средством выживания и возвышения российской нации на ближайшие не только годы, но и десятилетия, а скорее всего и на весь предстоящий век», является верхом совершенства государства российского? История закончена? Кто это – воскресший Дельфийский оракул? Или приснопамятный Константин Петрович Победоносцев (1827—1907), обер-прокурор Священного Синода Русской православной церкви, явился нам из небытия, надев личину помощника президента РФ, претендующего на роль духовника Владимира Владимировича?
Это с подачи и нашептываний Победоносцева, Александр III и его августейший сынок Николай, а также их дворня, столпившаяся у трона, так «подморозили» Россию, что она кровью харкала и умывалась всю первую половину 20 века. И только благодаря «глубинному народу», которому из далёкого прошлого явилась генетическая память, разбуженная Октябрьской революцией, мы, забыв окопный быт, вот уже 73 года живём без войны, чего никогда не было в нашей истории.
Не будем брать в расчет войну в Афганистане, хотя это тоже наша трагедия, случившаяся по вине кремлевских старцев, принявших опрометчивое решение о вводе войск. А вот две чеченские кампании 90-х годов уже на совести наследников перестройщиков.
Тогда, то есть до 1945 г., что ни десятилетие, так очередная кровавая посевная. То за выход к морям, то за право быть жандармом Европы, то за династические интересы правящей особы, то за отработку займов, выданных восточным варварам англосаксами и романо-германцами, то за право распоряжаться в собственном доме по своему усмотрению, строя социализм. И всё это коту под хвост?
Неужели Сурков замахнулся в своих мечтаниях на то, что в РФ построен четвертый Рим?

Чтобы прояснить читателю этот вопрос, придется вернуться в далёкое прошлое. Дело в том, что в начале 16 века псковский монах Филофей в своих посланиях (нет, не Федеральному Собранию ) к московскому князю Василию III Ивановичу – отцу Ивана Грозного, сформулировал политическую теорию, которая обосновывала всемирно-историческое значение столицы Русского государства Москвы как политического и религиозного центра. Теория утверждала, что исторической преемницей Римской и Византийской империй, павших, по мнению разработчиков концепции, из-за уклонения от «истинной веры», является Московская Русь – «Третий Рим» («Два падоша, а Третий стоит, а четвертому не бысти»).
Стало быть, Филофей ошибался, утверждая, что четвертому Риму «не бысти»? Значит, он был никудышным пророком? Но его идеи не пропали даром и у монаха появился достойный ученик, способный превзойти своего учителя? Только вот в чём превзойти? В том, что «долгое государство Путина» — это всерьёз и надолго? Да, вопросов много. А вот однозначного ответа — нет. Ну, да ладно. Сложившуюся дилемму разрешит время.
Но пойдем далее. А для этого снова окунемся в прошлое.
28 октября 1917 года в штабе Октябрьской социалистической революции, в Смольном, внезапно оборвалась телефонная связь. Оказалось, что сразу после взятия большевиками власти, правыми эсерами (социалистами-революционерами) был создан «Комитет спасения родины и революции» и сформированные им воинские подразделения захватили Николаевское юнкерское училище и городскую телефонную станцию. 29 октября большевики послали на станцию отряд матросов и красногвардейцев с целью подавить мятеж.

Вот как описывает дальнейшие события Джон Рид в своей книге «Десять дней, которые потрясли весь мир», опираясь на сведения, которые ему сообщил другой американский журналист Альберт Вильямс: «…захватившие здание телефонной станции юнкера (необходимо уточнить, что вопреки расхожему мнению, юнкера — это не только безусые юнцы, постигавшие военное дело в стенах учебных заведений. Тогда на курсах также обучались нижние чины из действующей армии, которым впоследствии присваивались офицерские звания. – авт.) держались в здании до самого вечера, пока не появился большевистский броневик и матросы пошли на приступ.
Перепуганные телефонистки с криком бегали по зданию. Юнкера срывали с себя все знаки различия с криком: «Они нас перебьют! Они нас перебьют!», так как многие из них защищали Зимний дворец, дав новой власти обещание не поднимать оружие против народа.
Вильямс и, находившийся с ним в здании станции в качестве заложника большевик Антонов, предложили им своё посредничество, если прекратится сопротивление. Они обратились с речью к победителя-морякам, озлобленными большими потерями, и юнкера снова были отпущены на свободу….
Измученные, покрытые кровью матросы и рабочие ворвались в аппаратный зал, и, увидев сразу столько хорошеньких девушек, смутились и нерешительно затоптались на месте. Ни одна девушка не пострадала. Ни одна не подверглась оскорблению. Перепуганные, они забились в угол и затем, почувствовав себя в безопасности, дали волю своей злости : «У, грязные мужики, невежды! Дураки!..» Матросы и красногвардейцы совсем растерялись. «Звери! Свиньи!», — визжали девушки с негодованием, одевая пальто и шляпы. Как романтичны были их переживания, когда они подавали патроны и делали перевязки своим смелым защитникам, юнкерам, из которых многие были из лучших русских семей и сражались за возвращение обожаемого царя! А тут были все рабочие да крестьяне — «темный народ»…
Комиссар Военно-революционного комитета Вишняк пытался убедить девушек остаться. Он был необычайно вежлив: «С вами очень плохо обращались, — говорил он. Телефонная станция находилась в ведении городской Думы. Вам платили по 60 рублей в месяц, заставляли работать по 10 часов в сутки и больше… Отныне всё будет по-другому. Правительство передаст сеть министерству почт и телеграфа. Вам немедленно подымут жалование до 150 рублей и уменьшат рабочий день. В качестве членов рабочего класса вы должны быть счастливы…». «Члены рабочего класса! Уж не думает ли он, что между этими животными… этими животными и нами есть что-нибудь общее? Оставаться? Да хоть бы вы нам дали по тысячи рублей!..». И девушки с величайшим презрением покинули здание, за исключением шести».
Вот вам, уважаемые читатели, уровень классового сознания того времени… Вот, та «Россия, которую мы потеряли»… Те поручики Голицыны, вместе с корнетами Оболенскими, для которых так упоительны были в России вечера, особенно под хруст французской булки с куском ветчины и брызги шампанского, отказывали в праве быть людьми тем, у кого в жилах не текла голубая кровь, а скелет был сделан не из белой кости.

Сибирская Русь не знала крепостного права. Когда после его отмены в Сибирь потянулись крестьяне, которые по тем или иным причинам не смогли вписаться в зарождавшуюся тогда «рыночную» экономику, особенно после земельной реформы Столыпина, коренные женщины — сибирячки снисходительно-осуждающе прозвали крестьянок из центральных губерний России «чернолапотницами». Почему? Да потому, что многие из них, выходя зимой из избы, оставляли на снегу черные следы. До такой степени были принижены, опущены и придавлены гнётом беспросветной, голодной жизни люди, которым добрый барин по религиозным праздникам, а других тогда не было-с, от щедрот душевных бросал кость со своего стола.
А ещё тогда мы кормили хлебом всю Европу. Не доедали, но вывозили. Спрашивается, а так уж ли не доедали господа? Не знаю как вам, а мне претит, когда сейчас некоторые журналисты при обращении к собеседнику говорят: «Господин, такой-то, а как вы считаете, не сломаемся ли мы под гнетом западных санкций? Не устроят ли нам украинские бандеровцы майдан на Красной площади?».
Ведь наличие господ, означает и наличие рабов. Не так ли?
Кстати, насчет рабов. Поскольку в средневековой Руси жизнь во многом определялась религиозными представлениями, то тот или иной документ завершался подписью: «Раб Божий, имярек». Но следует отметить, что так было не всегда. Это прочно вошло в деловой обиход после религиозной реформы патриарха Никона в середине 17 века, а также принятия Соборного Уложения 1649 г., когда русский крестьянин стал рабом своего господина.

Кто там у нас тогда правил в Московии? Ах, да, чуть не забыл… Это же были господа Романовы (на самом деле это псевдоним, взятый ими в связи с теорией Третьего Рима. А поначалу это были Захарьины-Юрьевы).
Сначала, с 1613 года правил Михаил, который вместе со своим папенькой Филаретом, обучавшимся на досуге в иезуитской школе, притащил с собой из польского «плена» господ Оболенских, Одоевских, Трубецких, Мстиславских, Заславских, Браницких, Разумовских (следует особо подчеркнуть, что после Октябрьской революции Россию покинули потомки именно этих фамилий. Потомки Гагариных, Шереметевых, Голицыных, Строгановых и других, в основной своей массе, остались на родине своих предков) и несть им числа.
Кроме того, с Запада, коим тогда на Руси в первую очередь считалась Польша, были выписаны «правильные» и просвещённые священнослужители, которые стали приводить в порядок слишком человечное, по их мнению, древнее православие, которое ни в коей мере не оправдывало институт рабства. Благодаря их стараниям и произошел религиозный раскол в России, когда миллионы русских людей не приняли новины Никона (можно сказать, некоего аналога современных Чубайсов с Гайдарами) и предпочли встать в глухую оппозицию. Ну как попрёшь против мощи государственной машины?
Старообрядцы категорически отвергали институт частной собственности. Они терпели гнет 250 лет, но затем, получив шанс в Октябре 1917 г., его не упустили, поддержав Сталина в его борьбе с коммунистами-интернационалистами, возглавляемые «демоном» революции Львом Давидовичем Троцким, которым таки сумели свернуть шею.
Так вот, Михаилу Федоровичу наследовал Алексей, а завершил процесс Петр Алексеевич, ну то есть Великий. А до этого в документах значилось: «Отрок Божий, имярек»…
И ещё. Раннесредневековые западные и арабские хронисты отмечали в своих трудах, что рабы из русских земель в неволе не размножались. Внимательный читатель может возразить, что в конце 19 — начале 20 вв. в Российской империи наблюдался бурный рост народонаселения. Да, это действительно так. Но это было вызвано лишь одной целью – выжить. Крестьянской семье нужны были работники и выживали сильнейшие.

На основании вышеизложенных фактов, оценок, мыслей и суждений, а также окидывая взглядом окружающую действительность, имеем ли мы право утверждать, что сегодня россияне действительно свободны?
Можно ли предполагать, что перестройка привела к катарсису русского народа, когда многое ему выстрадалось, открылось и прояснилось.
Будем благодарны подвижничеству тех людей, которые с неутомимой жаждой искания правды нашли в нашей истории многое из того, что было скрыто от нас пеленой лжи. Судить об этом Вам.
Русского сокола, на взлете, враги подстрелили. Будем надеяться, что его только ранили, а раны лечатся…

Игорь Андреев,
г. Партизанск