Эдуард Лимонов о том, кто, как и почему противостоит в США Дональду Трампу.

Трамп всё борется за свою Стену. Куда дольше и упорнее чем против ядерного оружия Ким Чен Ына. 16-го марта он внёс первое своё «вето» за всё время своего президентства (чем ещё больше подчёркивает значение для него Стены) на решение Конгресса обязать Трампа отменить введение чрезвычайного положения на юге Соединённых Штатов, вдоль границы с Мексикой.

Озвучивание «вета» было обставлено красочно и помпезно.

Овальный кабинет, сидящий за столом Трамп показывает теле и фотокамерам документ за своей подписью. А сзади Трампа фоном ему стоят: вице-президент США Майк Пенс, министр внутренней безопасности США Кирстен Нильсен, генеральный прокурор Уильям Барр, родители, чьи дети погибли от рук мигрантов, плюс шефы таможенников и пограничников, в красочных униформах.

«Моя высочайшая миссия на посту президента — защита нации. Вчера Конгресс принял опасную резолюцию, которая может поставить под угрозу бесчисленное число американцев. У Конгресса есть право принять эту резолюцию. А мой долг использовать право вето. И я очень горд сделать это», — сказал Трамп. Как всё в Белом доме — речь помпезна, заготовлена загодя и отрепетирована.

Мы с вами, те, кто следит за происходящим, помним, что 23 декабря 2018 года Трамп объявил о приостановлении работы федерального правительства в ответ на отказ Конгресса финансировать строительство Стены Трампа.

И федеральное правительство не функционировало до тех пор, пока Трамп не подписал проект бюджета без расходов на его Стену и пока одновременно (ну почти одновременно) не объявил на юге США чрезвычайное положение.

Так что нашла коса на камень. А уж кто коса, а кто камень — решайте сами.

Чтобы преодолеть вето Трампа, нижняя палата Конгресса должна собрать 290 голосов, в то время как у демократов в нижней палате хотя и большинство — но у них там 235 кресел.

Но самое интересное не это. В верхней палате Конгресса за одобрение отмены чрезвычайного положения высказались 59 политиков, а против отмены — 41. Если учесть что в верхней палате Конгресса, то есть в Сенате, у республиканцев небольшое, но большинство, то даже рот откроешь от удивления: как так, небольшое количество республиканцев выступили против президента — республиканца?

Так точно, выступили.

Потому что происходит противоборство двух политических сил. В Вашингтоне идёт острая и бескомпромиссная внутренняя политическая война, и линия фронта не всегда соответствует партийной принадлежности.

Смотрите, сенатор-республиканец Джон Маккейн ещё в декабре 2016-го пересылает в ФБР и в СМИ досье с якобы имеющимся у российских спецслужб компроматом на Трампа. Якобы во время пребывания в России бизнесмена Трампа русские получили на Трампа компромат, позволяющий им управлять Трампом.

На самом деле это расплывчатый, во многом фантазийный меморандум, написанный британским агентом MI-6 в отставке Кристофером Стилом, там нет ни имён, ни доказательств. Сам Маккейн скончался в августе 2018 года, но каков однопартиец, а?

Хуже лютого врага. Фактически обвинил только что избранного президента в государственной измене. Так что верхушка республиканской партии вовсе не любит Трампа и выступает, как мы видим, в некоторых случаях прямо против него.

Режим ЧП введён Трампом 15 февраля, и вот уже смотрите, как всё у них быстро развивается, раскручивается внутренняя междоусобица.

Дело тут не в упрямстве Трампа. Дело в том, что он обещал своим избирателям построить Стену.

Президент Трамп сказал — должен сделать. К тому же есть побочные обстоятельства. Политологи в США утверждают, что у Трампа самый низкий со времён Рейгана рейтинг выполнения предвыборных обещаний (я, впрочем, не уверен, что рейтинг низкий, я слышал и другие мнения, что самый высокий). Но предположим. Это раз.

А два — на носу следующие выборы и Трамп хочет выдвинуть свою кандидатуру и рассчитывает выиграть. Как тут не построить Стену, нужно построить Стену. Чтобы ядерный электорат Трампа убедился, что этот президент выполняет свои обещания.

Что касается Демократической партии США, то демократы, движимые не политическими соображениями и не соображениями блага нации, но чувством клановой мести, выскочке миллиардеру пылко желают, чтобы Трамп не построил Стену и сел, что называется, в лужу перед своими избирателями.

Мы видим как унаследованная от мамки Великобритании двухпартийная система выходит Соединённым Штатам боком. Уже есть в истории США пример пересчёта голосов в противостоянии с Альбертом Гором, когда во Флориде пересчитывали бюллетени вручную, уже есть пример последних выборов, когда Хиллари Клинтон набрала на два миллиона голосов больше чем Дональд Трамп, но победил Трамп, потому что за него высказалось большее количество выборщиков.

Политическая система США нуждается в срочном омоложении.

Должен быть отменён институт выборщиков и отменена двухпартийная система.

Поскольку двухпартийная система это прямая провокация к разделению страны на два чуть ли не равных лагеря, ещё до выборов. США давно фактически разделены и приблизительно действительно по линии консерваторы (республиканцы) и, у нас бы их назвали либералами — продвинутыми во всяческую толерантность СМИ, интеллигенцией и фриками. Эти толпятся вокруг массачусетских кланов Кеннеди и Клинтонов.

Трёхпартийная система будет лучше, однопартийная система — тоже будет лучше. Но двухпартийная система — пережиток далёкого прошлого. Она периодически вводит, и будет вводить страну в клинч.

Мы наблюдаем вот в настоящее время, как Великобритания — мамка Соединённых Штатов в буквальном смысле, парализована двухпартийной системой до такой степени, что парламент бессильно не может принять окончательного решения по Brexit (у) и страна выглядит смешной и нелепой.

США уже выглядят бессильными в истории со Стеной и Трампом.

Эдуард Лимонов,
«Свободная пресса»