Сучанские государственные копи являлись крупнейшим угледобывающим предприятием на Дальнем Востоке в начале ХХ в. Предприятие было создано в 1901 г. в военно-стратегических целях для обеспечения топливом главной базы российского морского флота на Тихом океане — Владивостока, а также вооруженных сил и железнодорожного транспорта.

Производственная инфраструктура Сучана включала в себя две основные и восемь вспомогательных шахт, обогатительную и брикетную (во Владивостоке) фабрики, механические мастерские и углевозную железную дорогу протяженностью 36 км.
Сучанские копи по организации своей экономической деятельности представляли собой замкнутую хозяйственную систему не связанную с рынком. Финансовое состояние предприятия полностью зависело от государственных ассигнований, а сбыт продукции от обязательств всех местных казенных ведомств закупать сучанский уголь, по ценам ниже себестоимости и вне зависимости от ситуации на угольном рынке. Сучанские копи относилось к такому сектору промышленности, который к началу XX в. уже изживал себя в России. Однако учитывая специфику социально-экономического развития Дальнего Востока, прежде всего, значительную роль государства в освоении региона, формирование и существование предприятия такого типа было неизбежно и даже необходимо. Только при непосредственном участии государства оказалось возможным освоить Сучанское месторождение, организовать масштабную добычу угля и создать для этого необходимую производственно-транспортную инфраструктуру.

В угледобывающем производстве на Сучане к 1917 г. было задействовано 2600 рабочих и квалифицированных специалистов. Оснащение современным оборудованием и грамотная техническая эксплуатация копей позволили добиться высокой эффективности производства. На предприятии были созданы достаточно неплохие условия для труда и быта, что способствовали формированию устойчивого рабочего коллектива. Профессиональный уровень сучанских шахтеров был самым высоким среди дальневосточных угледобывающих предприятий. В тоже время шахтеры Сучана активно реагировали на изменения, происходившие в стране, накопили богатый опыт оппозиционности, протестных выступлений и организованных действий.

Весной 1917 г., в условиях социально-экономического краха страны, Министерство торговли и промышленности Временного правительства признало Сучанские шахты убыточными и отказалось от их финансовой поддержки. Правительство разрешило управлению копями часть прибыли от продажи угля расходовать на собственные нужды и за счет этого поддерживать деятельность предприятия. Однако основные заказчики сучанского топлива (КВЖД, Владивостокский военный порт, военное ведомство) оказались в таком же затруднительном финансовом положении и задолжали копям огромные суммы. Эксплуатация шахт осуществлялась только за счет небольших авансов получаемых от разных учреждений и местных предприятий. Этих средств даже не хватало на оплату труда шахтерам.

Сложившаяся в дореволюционный период система, обеспечивавшая бесперебойную работу Сучанских копей, перестала существовать. Изменения в структуре государственного управления и финансирования предприятием остро отразились на его состоянии, положении рабочего коллектива и, как следствие, его настроениях. В стремлении добиться социально-экономической справедливости сучанские шахтеры весной-осенью 1917 г. пошли на самые решительные меры — создание профсоюза горняков, проведение многочисленных митингов, установление рабочего контроля над производством, изгнание управляющего предприятием и администрации, активную поддержку большевиков, признание советской власти.

Энтузиазма сучанских рабочих и доставшегося в наследие материально-технического потенциала надолго не хватило. Оказавшиеся у руководства некомпетентные лица вносили дезорганизацию в работу. Шахты в условиях ломки экономического уклада остро ощущали трудности со снабжением, недостатком материалов, денежных средств. Пренебрежение к инженерно-техническим работникам, их травля неуклонно вели к снижению технического уровня руководства производством. К началу 1918 г. новое рабочее управление оказалось не в состоянии пополнить кассу предприятия, в кооперативе иссякли все товары. Темпы добычи угля в начале 1918 г. сократились на 30% по сравнению с этим периодом в 1917 г.

Участие в революционном движении 1917 г. принесло сучанским шахтерам больше социальных позитивных изменений, нежели экономических. В рабочем поселке было введено обязательное посещение школы детьми шахтеров, создавались кружки по ликвидации безграмотности, вводилось социальное страхование на случай потери трудоспособности по болезни в связи с несчастными случаями. Но в тоже время и эти начинания не могли реализоваться в полной мере в силу тяжелого финансового положения страны и на предприятия в частности.

Пришедшие летом–осенью 1918 г. на смену советам их противники в отношении Сучанских копей в первую очередь приступили к восстановлению прежней администрации. Шахты сохраняли статус казенного предприятия. Министерство торговли и промышленности Временного Сибирского правительства предоставило кредиты на образование оборотного капитала. Вся получаемая прибыль от реализации угля шла не в казну, а на развитие Сучанских копей. В тоже время, учитывая сильные симпатии сучанских шахтеров к большевикам, для наведения порядка на Сучан направлялась военная сила. В конце сентября 1918 г. бывший управляющий копями горный инженер К.Ф. Егоров, изгнанный рабочими год назад, вернулся с отрядом интервентов, который состоял из 300 японцев, 250 американцев, 50 китайцев и 25 казаков под командованием американского полковника Лоринга и начальника штаба полковника Робинсона.

Отправка на Сучан иностранных войск была не случайной. Уже в тот момент командование интервентов понимало важность Сучанских копей как стратегического предприятия и не хотело упускать возможность взять его под свой контроль. С этого периода времени военное присутствие интервентов на копях сохраняется почти до конца Гражданской войны. Активизация белого движения в Сибири и на Дальнем Востоке, военные поставки США, Великобритании и Японии привели к тому, что Приморье становится основным транспортным коридором для снабжения армии А.В. Колчака. С конца 1918 г. возрастает объем железнодорожных и морских перевозок, что приводит к увеличению потребности в топливе. В этих условиях Сучанские копи вновь начинают играть важнейшую роль в хозяйственной жизни региона.

Для наведения порядка на сучанских шахтах по распоряжению управляющего К.Ф. Егорова в сентябре 1918 г. было уволено 186 большевистски настроенных рабочих, а часть из них выселена за 100 верст от предприятия. Практически все революционные завоевания шахтеров 1917 г. были сведены «на нет». Ликвидировались рабочие комитеты, запрещалась деятельность профсоюза, вводилась 12-ти часовая рабочая смена, снижался уровень заработной платы. Эти меры не могли не вызвать недовольство в рабочем коллективе. В самом рабочем поселке интервентами запрещалась большевистская пропаганда, запрещалось проведение митингов и собраний. Местному населению предписывалось оказывать всяческое содействие союзникам.

В области производства интервенты планировали провести техническое переоснащение шахт. Для этих целей в 1918—1919 гг. на предприятие была завезена некоторая импортная техники. В частности, на шахте № 2 был установлен японский генератор завода «Шибуро» на 100 кВт для энергоснабжения обогатительной фабрики. В шахте были установлены японские вентиляторы системы «Сирокко». Японские агрегаты исправно работали и успешно эксплуатировались на шахтах в последующем в течение нескольких десятилетий. Но в целом модернизация шахтного фонда так и не была произведена.

Поднять уровень производства на шахтах Сучана и обеспечить бесперебойную поставку топлива также не удалось. Протестно настроенные шахтеры практически сразу вступили в борьбу против интервентов и отказывались работать в новых условиях. Рабочие создавали на предприятии группы сопротивления и саботажа, с целью срыва добычи угля и порчи механизмов. Им удалось наладить поставку оружия из Владивостока, а в механических мастерских изготовление взрывчатки. В январе–феврале 1919 г. шахтеры вместе с рабочими углевозной железной дороги провели 40-дневную забастовку, в ходе которой добились повышения заработной платы на 37 % и восстановления профсоюза.

Выступления шахтеров и железнодорожников привели к изменению в системе управления Сучанскими копями. Весной 1919 г. предприятие перешло в ведение межсоюзного железнодорожного комитета, который взял на себя функции технического и административного руководства и стал главным потребителем сучанского угля. Данное решение во многом было продиктовано и той обстановкой, которая сложилась в Сучанской долине — развернувшемся партизанском движением.
21 мая 1919 г. шахтеры Сучана начали новую забастовку, которая продлилась почти два месяца. Прекратилась погрузка угля и работа шахт, остановилось движение по железной дороге. Рабочие выступали под лозунгами: «Долой интервентов!», «Ни пуда угля Колчаку!». В конце июня 1919 г. управляющий Приморской областью Козенко телеграфировал в департамент милиции правительства Колчака: «Забастовка на Сучане продолжается. Охрана Сучана союзниками вверена американцам. Американцы удалили с рудника большевистских агитаторов, благодаря чему характер забастовки смягчается, переходя на экономическую почву».

По времени забастовка шахтеров совпала с активным выступлением партизан. 23—25 июня 1919 г. партизаны под командованием С.Г. Лазо совершили серию успешных нападений на американскую охрану на всем протяжении Сучанской углевозной железной дороги. В результате полотно дороги было разрушено, взорвано 3 подъемника и 6 мостов. Транспортировка сучанского угля прекратилась на несколько месяцев. Интервентам был нанесен тяжелый урон. После восстановления движения по железной дороге и ремонта выведенного из строя шахтного оборудования, угледобывающее производство на Сучане было сведено до самого минимума.
В конце января 1920 г. власть А.В. Колчака в Сучанской долине пала.

Управляющий рудником К.Ф. Егоров вместе с американцами покидает Дальний Восток. В феврале 1920 г. на Сучане состоялось собрание рабочих и служащих, численностью около 2000 человек, на котором было принято решение образовать рабочий комитет для управления копями. Новым управляющим предприятия шахтеры избрали молодого и талантливого горного инженера В.С. Пака, который пользовался доверием и уважением в коллективе.

Крушение власти Колчака в начале 1920 г. и японские военные провокации в Приморье привели к резкому сокращению перевозок по Транссибу. Сучанские копи лишились своего последнего крупного, на тот момент, потребителя. В этих условиях возник вопрос о дальнейшем судьбе предприятия. По решению Приморского правительства с 1 июня 1920 г. копи, как малорентабельное предприятие, полностью лишались государственного финансирования, получив взамен полную свободу в вопросе реализации угля в пределах внутреннего рынка по коммерческим ценам.
29 апреля 1920 г. Приморское правительство подписало с Японией соглашение о прекращении боевых действий и ненахождении русских войск в пределах ограниченных линией, проходящей в 30 км по обе стороны от Уссурийской железной дороги и Сучанской железнодорожной ветки. В результате дорога на Сучан полностью оказалась в руках японцев.

В начале мая 1920 г. на Сучанские копи прибыл сформированный японцами вооруженный отряд в количестве 500 человек, который разместился на шахте № 2 вблизи железнодорожной станции Сучан 1.
Управляющему В.С. Паку в непростых условиях удалось не только сохранить Сучанское предприятие, но и наладить его работу. Для реализации сучанского угля на внутреннем рынке и частичного вывоза по КВЖД в Маньжчурию, во Владивостоке было организовано коммерческое агентство со сбытовой конторой. К декабрю 1920 г. шахты вышли на максимальную производственную мощность. Уголь в основном приобретали Уссурийская железная дорога, Дальзавод, Владивостокская электростанция и торговый порт.

Неудачная денежная реформа Приморского правительства, активизация белого движения и общее ухудшение хозяйственного положения в регионе привели к тому, что к середине 1921 г. все потребители угля оказались в долгах перед Сучанскими копями. Специальное постановление правительства № 39 от 29 марта 1921 г., предоставлявшее право деятельности Сучанским копям на коммерческой основе, не улучшило ситуацию. Вследствие инфляции с начала 1921 г. произошло удорожание угля и нарастание долга по оплате труда перед шахтерами, который достигал 500 тыс. руб. В августе 1921 г. сучанские шахты полностью остановились. Рабочие объявили бессрочную забастовку и требовали выплаты заработной платы.

В октябре 1921 г. правительство Меркуловых рассматривало вопрос о положении дел на Сучанском предприятии и отказалось возобновить его финансирование. Своим постановлением № 895 от 27 октября 1921 г. правительство предоставило управлению копей возможность свободно поставлять уголь на внешний рынок. В том же месяце правительство Меркуловых официально сдало в аренду Сучанскую железнодорожную ветку японцам. Японский управляющий арендованными в России железными дорогами доносил в Токио: «Параллельно с арендой дороги мы намерены организовать акционерное предприятие по эксплуатации и вывозу богатств Приморья. В первую очередь мы думаем арендовать Сучанский каменноугольный рудник».

Управляющий копями В.С. Пак отмечал о сложившийся ситуации на предприятии: «Путем героических усилий и благодаря доверию рабочих и служащих, мне удалось в ноябре 1921 г. восстановить работы на Сучане, оставить вопрос о старых долгах до лучших времен и в целях удешевления угля установить такие нормы заработной платы, какие никогда не принимались в Приморье. В короткий срок предприятие было поставлено на ноги».

12 декабря 1921 г. В.С. Пак собирает особое совещание по вопросу о рационализации и интенсификации добычи угля, где в своем докладе обратил внимание на ненормальное состояние сбыта угля. Он предложил принять следующие меры: 1) дать государственным предприятиям лучшее топливо по доступным ценам; 2) регулировать сбыт угля таким образом, чтобы не препятствовать развитию частной углепромышленности; 3) привлечь в край новых потребителей угля путем выхода на внешний рынок; 4) популяризировать Сучанские копи за границей в целях привлечения иностранных капиталов. Совещание приняло решение создать на предприятии коммерческий аппарат, а его директором назначить главного бухгалтера В.К. Вахмистрова. Приамурское горное управление разрешило В.С. Паку заключать разного рода контракты на экспорт угля и на полученные средства приобретать технические материалы и продовольствие.

В декабре 1921 г. для популяризации Сучанских копей во Владивостоке издается на русском и английском языках подготовленная В.С. Паком работа «The Government’s coalfields at Soochan». В ней характеризовалась производственно-техническая база предприятия, его текущее состояние и перспективы развития. Текст сопровождался наглядным иллюстративным материалом.

22 января 1922 г. состоялось экстренное собрание рабочих и служащих Сучана, на котором обсуждалась тяжелая ситуация с продовольствием, вызванная прекращением поступления каких-либо продуктов на предприятие. Управление копями снизило нормы выдачи муки для шахтеров с 60 до 20 фунтов в месяц, что привело к голоду, истощению и возмущению деятельностью администрации. Собрание выбрало комиссию из трех рабочих (И. Янковского, К. Стрельцева, И. Лобода) для командировки во Владивосток в коммерческое агентство, проверки всех бухгалтерских документов предприятия и оценки действий его управления и В.С. Пака. После ревизии комиссия пришла к решению: «Все действия В.С. Пака являются правильными».

В феврале 1922 г. коммерческому аппарату Сучанских копей удалось открыть в Харбине свое представительство и выйти на международный рынок. Первый контракты был заключены с акционерным обществом «Сунгарийские мельницы», с группой маслобойных заводов принадлежащих Джау Сунь-Шаню и с Английской продовольственной компанией. В обмен на уголь в Сучан пошло продовольствие, что спасло от голода трудовой коллектив шахт. К апрелю 1922 г. Харбинское представительство копей заключило уже 28 зарубежных контрактов.

В начале 1922 г. Меркуловское правительство начало подготовку передачи Сучанских копей в аренду в частные русские или иностранные руки. 1 апреля 1922 г. был составлен проект договора о передачи предприятия в концессию торговым домам Линдгольма, Снкевича, наследников Старцева и фирме Л.Л. Артца. Текст договора состоял из 29 пунктов. Так в пункте № 1 общий срок договора определялся формулировкой «впредь до выработки», а в пункт № 13 давал возможность концессионеру отказаться от любого имущества предприятия. 4 апреля 1922 г. В.С. Пак собрал экстренное совещание, которое резко раскритиковало это решение правительства, признав его «совершенно неприемлемым для государства и трудового коллектива копей». Вместе с рабочими управление Сучанскими копями активно выступило против сдачи предприятия в аренду.

Вплоть до окончания Гражданской войны и интервенции стабильной и ритмичной работы на Сучанских копях создать не удалось, приходилось постоянно прибегать к крайним мерам. Например, в мае 1922 г. по решению общего собрания коллектива началось сокращение технического штата предприятия, сокращение рабочего времени, прекращение эксплуатации шахты № 1 и т.д. В 1922 г. суточная добыча угля, в сравнении с 1917 г., снизилась в 3 раза.

В немалой степени нормализации дел на шахтах мешали японцы, которые только в июле 1922 г. приняли решение покинуть предприятие и железную дорогу. Окончательно интервенты оставили Сучан 26 августа 1922 г. Среди первых мероприятий советской власти на Дальнем Востоке в области промышленности стала национализация Сучанских копей. За сохранение сучанских шахт в трудных условиях Гражданской войны В.С. Пак получил от Дальревкома РСФСР благодарность.
Гражданская война и интервенция привели почти к полной потере хозяйственных связей Дальнего Востока с центральными районами страны и Сибирью, к отсутствию четкой государственной политики в отношении угольной отрасли региона.

Сложившаяся обстановка не способствовала поддержанию государственного мышления и у местных властей. Изменения в структуре государственного управления и финансирования Сучанских копей поставили их на грань выживания. Война и интервенция принесли предприятию разорение, падение производства, бедственное положение с продовольствием, ухудшение трудовых и жилищно-бытовых условий для рабочих, постоянную задержку в выплате зарплаты. В тоже время опыт коммерческой деятельности, организованной В.С. Паком в экстремальных военных условиях, оказался востребованным и эффективным в 1920-е гг., когда капиталовложения государства в угольную отрасль Сучана еще оставались минимальными. Владивостокское коммерческое агентство и Харбинские представительство продолжали работать, а экспорт сучанского угля осуществлялся не только в Маньчжурию, но и в Шанхай и в Сингапур.

В этой связи решение министерства топлива и энергетики РФ по закрытию шахт г. Партизанска в условиях рыночных реформ 1990-х гг. выглядит ни как иначе преступным. В годы Гражданской войны шахты смогли пережить не одну смену правительств, притязания интервентов, полное самообеспечение и даже выйти на экспорт продукции. Нанесенный реформаторами удар по угольной отрасли Партизанска в середине 1990-х — начале 2000-х гг. оказался для нее смертельным, а у ее руководства уже не оставалось людей такого масштаба как В.С. Пак.

На фото: Личный состав служащих Управления Сучанскими копями. 1921 г.

Маклюков А.В.,
кандидат исторических наук,
научный сотрудник ИИАЭ ДВО РАН,
доцент ДВФУ

 

Пак Витольд Степанович (1888—1965) — горный инженер, доктор технических наук, академик АН УССР. В 1906—1911 гг. учился на горном факультете Томского технологического института. С 1911 г. работает на Сучанских копях. В 1918—1920 гг. главный инженер, в 1920—1922 гг. управляющий копями. В 1924—1934 гг. начальник Дальневосточного горного управления, декан горного факультета ДВПИ. С 1934 г. работал в Донецком индустриальном институте.